ДУХОВНОЕ НАСЛЕДИЕ


ГЛАВНАЯ
История христианства в Абхазии

Церковь

Православная Абхазия

Отец Виссарион

Религиозные верования и культы

Ислам

Иудаизм


Ново - Афонский монастырь
Совсем не мое:
  


Абхазская кухня

РЕЛИГИОЗНЫЕ ВЕРОВАНИЯ И КУЛЬТЫ

     Территория Абхазии была заселена в глубокой древности, о чем свидетельствуют богатые археологические находки, относящиеся как к каменному веку, так и к эпохе интенсивного освоения металлов. апостол

    Происхождение абхазского народа, его историческая судьба, язык и религиозные верования издавна интересовали ученых, путешественников, миссионеров. Уже древнегреческие источники, а вслед за ними древнеримские письменные памятники сообщают о древнеабхазских племенах, а также о тех территориях, на которых они обитали: Апсилах (современная южная Абхазия), Абасгах (центральная и северная Абхазия), Санигах (северо-западная Абхазия до Сочи), Мисимияни (горные области северо-восточной Абхазии).

    До середины VI в. абхазы в массе своей были язычниками. Исключительное значение они издревле придавали родовым святыням, культ которых практиковали в фамильных родовых мольбищах, посвященных богам-покровителям родов. Иерархию родовых божеств возглавлял бог Анцэа. Его место пребывания - святилище Аныха. Такими местами культа родовых божеств, память о которых сохранилась до сих пор, являлись: Илыр-ныха (Илор), Лдзаа-ныха (Пицунда), Лых-ных (Лыхны), Псху-ныха и Инал-Куба (Псху), Дыдрыпш-ныха (Ачандара), Лашкендар-ныха (Ткварчели). Здесь совершались моления с жертвоприношениями и очистительные ритуалы. Охотиться в этих местах запрещалось. Несоблюдение данного запрета, как полагают абхазы, вело к потере скота, разорению, гибели рода.

    С почитанием родовых божеств у абхазов связан сохранившийся до сего времени обычай посвящения коровы: специально выбранной телке надрезали ухо или отрезали от него кусочек. Посвященная таким образом родовой святыне молодая корова окружалась особой заботой, а рожденного ею бычка по достижении определенного возраста приносили в жертву. Если рождалась телка, ее заменяло другое животное (например, барашек) или устраивалось моление с бескровным жертвоприношением.

    Подобные представления присутствуют и в других религиозных системах, например, в шумерской мифологии богиня-мать Гутумдуг именовалась священной коровой.

    Примечательно, что родовые покровители в древнейших представлениях абхазов выступали в образе богини-матери, изначально принимавшей облик животного-самки. Об исключительной роли женского начала в религиозных верованиях абхазов говорит и то, что многие религиозные термины содержат в качестве необходимого компонента элемент "ан" ("мать"). Таковы, например, "ан-ы-ха" - святыня (икона, святилище), "ан-ц-эа" - верховный бог, "ан-ы-хэара" - молиться (буквально "просить мать") и др.

    Верования абхазов в покровителей рода переплетаются с представлениями об охотничьих божествах, в частности об Анане-Гунде - покровительнице людей, животных, охоты, пчеловодства, плодородия, деторождения; Ажвейпшьаа - покровителе охоты, дичи, леса. Местом пребывания многих божеств, покровителей родов и охоты, по представлениям абхазов, являются вершины некоторых гор, скалы и водные источники. Нередко места, где, как считалось, пребывают божества, представляют собой укромные уголки, лесные поляны у родников или реки, пещеры, скалы, деревья, где действительно в древнейшую эпоху люди охотились, собирали лекарственные растения и мед диких пчел.

    У абхазов веками сохранялись тотемические представления о родстве их родов с тем или иным животным или растением, с каким-либо природным явлением. Многие фамилии, сохранившиеся и в настоящее время, могут быть объяснены в связи с почитанием предками животных или растений. Например, в фамилиях Аджба, Джанба, Джопуа корневая основа "адж" ("дж") означает "дуб", фамилия Хеция происходит от "ахаца" (граб), Ашуба (Ашеба) - от "аше" (бук), Алшба от "алш" (белая ольха), Хашба (Ахашба) - от "ахаш" (дикая груша) и т.д . Особое место в древней религии абхазов занимал культ природных стихий, в частности, молнии - Афы (это и сама молния, и божество молнии). Все пораженное молнией считалось неприкосновенным. В зависимости от того, кто поражен молнией - человек или скотина, каков результат - ранение или смерть, совершались соответствующие обряды. Эти обряды сохранялись до недавнего времени, отражая облик той эпохи, когда религиозно-культовые действия осуществлялись в форме нерасчлененных сигнально-магически-плясово-трудовых комплексов.

    Наиболее архаическим является вариант обряда, исполнявшийся в случае поражения молнией животного. Собравшиеся люди сообща сооружали из ветвей дерева помост высотой в 1-1,5 м и поднимали на него убитую скотину. При этом они, разделившись на два хора, пели поочередно слова "воетла" и "чаупар" и двигались в танце вокруг помоста. Затем народ расходился, а труп животного оставался лежать до тех пор, пока не истлевал.

    Важное место в древних верованиях абхазов занимало почитание домашнего очага. Главными моментами этого почитания были:

    периодическое устройство нового очага; возжигание нового огня; выпекание священного хлеба четырехугольной формы (у некоторых фамилий его поверхность служила для гадания).

    Очаг служил и местом совершения ритуальных действий, посвященных наиболее значительным событиям как семейной, так и общественной жизни (вступление в брак, рождение ребенка, смерть члена семьи). У очага выполнялись некоторые магические действия, особенно при заболевании женщин и детей. Очаг воспринимался у абхазов как совокупность составляющих его священных частей: изголовье ("ахы" - голова), подножье ("ашьапы" - ноги) и особенно цепь ("арыхнышна"). У очага, держась за цепь, проклинали провинившихся и клялись в невиновности те, кто хотел снять с себя подозрения. При этом они произносили: "Абри алахъ соуаайт!" ("Да получу я проклятье этой цепи"). Цепь надевалась также на членов семьи, пострадавших от молнии, во время специально устраиваемого по этому случаю обряда. Вокруг них исполнялся хороводный танец, сопровождавшийся пением.

    Водная стихия олицетворялась чаще в женском образе Дзызлан, причем представление о ней было двояким: с одной стороны, это прекрасная женщина с длинными волосами, а с другой - это злое существо со ступнями ног, обращенными пятками вперед, насылающее сумасшествие на человека. Со временем эти два образа-антипода утрачивают связь между собой, становятся самостоятельными. Один образ - это царица вод (Дзызландзахкож), другой - русалка, пристающая к одиноким путникам.

    С водной стихией у абхазов были связаны также божества Хайт и Кодош. Хайта считали повелителем морского царства и, кроме того, божеством восхода и захода солнца. Женским соответствием этого божества была Кодош, культ которой получил распространение в прибрежной полосе Абхазии и у некоторых соседних адыгских племен, например, у шапсугов. Проявлялся этот культ в почитании моря, прибрежных рек, рощ и отдельных деревьев.

    Языческие верования, сложившиеся у абхазов в древнейшую эпоху, не оставались неизменными, на протяжении истории они развивались, обогащались новыми представлениями, в том числе основанными на опыте и наблюдениях, накопленных в процессе трудовой деятельности. Особенно большие изменения происходят в эпоху разложения первобытно-общинного строя и в период "военной демократии". Наряду с традиционными представлениями возникают новые, образы старых божеств приобретают новые аспекты и наделяются новыми функциями. Некоторые божества молнии и охоты становятся божествами войны, грабежей, разбоя. Такая метаморфоза, например, произошла с божеством Айергь. Если до недавнего времени в некоторых местах Абхазии, в частности в Абжуа, Айергь воспринимался как покровитель охоты, то в Бзыбской Абхазии военная "специализация" вытеснила старые охотничьи функции этого божества.

    В эпоху разложения первобытно-общинного строя и утверждения патриархальных отношений в религиозной системе абхазов дальнейшее развитие получает культ предков, сложившийся на предыдущей стадии исторического развития. В древнейший период абхазы "хоронили" покойников в лесу, подвешивая к деревьям или выдалбливая дупло и помещая туда тело. С утверждением патриархальных отношений (конец III тысячелетия до н.э.) на территории Абхазии широко распространились особые погребальные сооружения из камня, рассчитанные на долговечность, так называемые дольмены. Они известны не только на Кавказе, но и в Европе, Азии, Африке. На Кавказе по этим памятникам названа археологическая культура (дольменная), относящаяся к этому времени. Обряд погребения в дольменах Абхазии представлял вторичное, окончательное захоронение сохранившихся после первичного погребения останков умерших. К этому периоду относятся и другие виды вторичных захоронений, например, пещерные и кувшинные погребения.

    Итогом развития религиозной системы абхазов явилось четкое оформление пантеона языческих божеств во главе с верховным богом Анцэа. В этот пантеон также входили: Анана-Гунда - покровительница людей, животных, охоты, пчеловодства, богиня плодородия и деторождения; Ажвейпшьаа - божество леса, покровитель охоты, дичи; Афы - божество молнии и грозы; Айергь - божество молнии, огня, войны и грабежей; Дзызлан - божество воды; Хайт - божество захода и восхода солнца, а также моря; Кодош - покровительница деторождения, воды и деревьев; Ажьахара - божество очага и плодородия; Ашьха-инцэаху - дух гор. Весьма своеобразным предстает Айтар - божество обновления природы, размножения и скотоводства. Оно как бы включает в себя семь долей: Алышкинтар - божество собак; Амза-ныха - персонификация луны; Амра-ныха Ачышьашьана - божество лошадей; Жвабран - покровительница крупного рогатого скора, особенно коров; Джабран - божество мелкого рогатого скота, особенно коз. В оформившемся пантеоне божеств абхазов важное место занимали также: Шашвы - божество кузнечного ремесла; Ерыш - божество ткацкого ремесла; Саунау - богиня мукомолья; Киквин - дух хлопка; Джаджа - покровительница земледелия и плодородия.

    К концу III - началу IV в. среди абхазов начинает распространяться христианство. Это было связано с вовлечением страны в орбиту политики Римской империи, а после прекращения существования ее западной части в конце V в. - Византии.

    Римляне укрепляются в прибрежных районах Абхазии еще в начале I в. н.э. Диоскуриада переименовывается в Себастополис в честь первого римского императора Октавиана Августа Себастоса. Во II в. н.э. римский гарнизон разместился в Питиунте - втором по значению укреплении, входившем в систему восточно-причерноморских римских крепостей, известных под названием "Понтийский лимес" ("Понт" - Черное море, "лимес" - граница).

    К концу I в. н.э. в Колхиде появились княжества, которые в источниках фигурируют под названием "скиптухий" (от наименования их правителей - "скиптухов", т.е. скипетродержцев). Эти мелкие политические образования оказываются в вассальной зависимости от Рима. Римский полководец Флавий Арриан отметил на территории, соответствующей нынешней Абхазии, три такие политические единицы. В своем отчете императору Адриану он сообщает: "За лазами следуют апсилы; у них царь Юлиан, получивший царство от твоего отца. С апсилами граничат абасги; у абасгов царь Рисмаг; этот также получил свою власть от тебя. Рядом с абасгами саниги, в земле которых лежит Себастополь; царь санигов Спадаг получил царство от тебя".

    Риму не удалось превратить Колхиду в свою обычную провинцию. Он вынужден был считаться с существованием местных политических образований и ограничиться лишь признанием скиптухов в качестве ставленников верховной власти римского императора.

    Руины древних стен на Кавказском побережье, тысячи фрагментов керамики на пляжах, ржавые мечи в витринах музеев, скудные строки из десятки раз переписанных манускриптов остались потомкам на память о былой концентрации разума, сил и средств, вложенных здесь Римом и Византией. В своем стремлении защитить малоазийские районы империи от постоянно вторгавшихся через Колхиду врагов античная цивилизация приложила огромные усилия для укрепления этих отдаленных уголков Понта. "Вцепившись" в чужую землю сначала устройством там приморских крепостей (кастеллов), империя вскоре проникла во все сферы жизни местных племен.

    Одним из первых мест, куда проникло христианство, явились Пицунда, называвшаяся в то время Питиунтом, и Новый Афон, называвшийся Анакапиеи. Эти города-фактории служили местом ссылки христиан из центральных регионов империи, в результате чего там образовались первые христианские общины. Примечательным является тот факт, что в 325 г. епископ питиунтский Стратофил представлял эти общины на I Вселенском сборе христианской церкви в Никее.

    Древнейшие в Абхазии христианские храмы IV-V вв., исследованные на территории Питиунта, отражают религиозное состояние его населения и гарнизона. Есть сведения о том, что уже в это время абхазы были неплохо знакомы с христианским вероучением, исполняли основные обряды, отмечали праздники. По утверждению исследователя ранних христианских памятников Абхазии Л.Г.Хрушковой, "уже к четвертому веку местные мастера восприняли и воплощали в камне темы и образы, широко распространенные всюду в христианском мире" . Более того, "были у абхазов и свои патриархи, и христианские цари, и митрополиты, и монастыри, и чтимые святыни, иконы, чаши, мощи святых" .

    Как показали археологические раскопки в Цебельде, христианство в качестве официальной религии было принято в 30-х гг. VI в. Тогда в крепостях Цибилиума и Шапкы были возведены храмовые комплексы с крещальнями и мартириями (захоронениями костей святых). Согласно клеймам на кирпичах и черепице, первым епископом апсилов был Константин. Однако момент официального принятия христианства в Апсилии и фактическая христианизация ее населения - вещи разные. На прилегающем к Цибилиуму могильнике VI в. хорошо прослеживается смена языческого похоронного обряда у апсилов христианским: сначала из погребального инвентаря исключались керамика и вооружение, а позднее и остальные вещи (украшения, предметы одежды). Этот процесс длился около столетия. Во второй половине VI в. в местных захоронениях появляются нательные кресты. Однако и в могилах конца VI - начала VII в. можно встретить совместный обряд христианского и языческого захоронения всадника с конем. Если ранние храмы Цибилиума, кирпичи, черепица с клеймами Константина (VI в.) - свидетельство успеха христианизации, то могилы рядовых апсилов говорят о том, что они нелегко и не сразу отказались от своей веры в пользу новой. Признав христианство официально, на уровне политических связей с Византией, апсилы фактически еще долго сопротивлялись чужой вере.

    Близкая ситуация существовала и в Абасгии. Прокопий Кесарийский (первая половина VI в.) писал, что абасги "еще в мое время почитали рощи и деревья. По своей… простоте они полагали, что деревья являются богами" . В VI в. происходит официальное обращение абасгов в христианство. Здесь, как и в Апсилии, ярко себя проявила византийская церковная дипломатия, внешняя мягкость и гибкость которой являлись лишь прикрытием истинных ее устремлений - подчинение соседних стран и народов и распространение не только церковного, но и политического влияния Византии.

    Именно тогда строятся такие замечательные памятники, как древнейшая на территории бывшего СССР христианская купольная постройка Драндский собор, Хашупская и Герзеулская крепости, Цандрипшская базилика, украсившая центр Зихской епархии в Никопсии (современный поселок Цандрыпш-Гантиади). Вместе с тем под воздействием христианства постепенно угасает самобытная языческая культура внутренних районов Апсилии и Абасгии.

    Таким образом, утверждение христианства в статусе официальной государственной религии у абхазов произошло в первой половине VI в. при византийском императоре Юстиниане I. Оно способствовало политическому объединению абхазских племен, утверждению в Абхазии феодальных отношений, оказало благотворное влияние на развитие абхазской культуры, повлекло за собой распространение греческой письменности и философии. Создание самостоятельной Абхазской церкви относится к концу VIII в. На Халкидонском соборе она была представлена как автокефальная. С этого времени независимые абхазские патриархи стали именоваться католикосами абхазскими. Утверждение самостоятельности церкви совпало по времени с образованием раннефеодального государства - Абхазского царства и было одним из результатов этого.

    Однако в сознание и быт народных масс христианство еще не пустило глубоких корней. Авторитет церкви поддерживался авторитетом власти феодала, и как только эта власть ослабевала, ослабевало и влияние церкви. Ослаблению позиций христианства способствовало также развитие политической ситуации в Абхазии в XV-XVI вв.

    Неизгладимый след в политической истории и культуре Абхазского царства оставил мусульманский мир. Первая встреча абхазов с исламом произошла еще в VIII в., когда арабы подвергли Абхазию опустошительным набегам. Однако мусульмане как жители Абхазии впервые упоминаются лишь в источниках начала XIV в., когда они составляли заметную часть населения Севастополиса. Кто были они по этнической принадлежности, неизвестно. С середины XV в. турками предпринимались неоднократные попытки завоевания Абхазии, окончившиеся их закреплением в ее прибрежной части в 1462 г. Тогда же официальный представитель Турции обосновался в Сухуми. В XVI в. Абхазское царство оказалось под протекторатом Турции, абхазские владетельные князья стали ее вассалами. В 1578 г. в государственный флаг Абхазии была внесена мусульманская символика.

    Турецкое завоевание сопровождалось активным насаждением суннитского ислама. Константинопольский патриарх Михаил во второй половине XV в. отмечал: "Абхазия совсем отложилась от христианства" . В течение почти трехсотлетнего господства Турции удалось распространить мусульманство среди части абхазов, в основном представителей высших сословий.

    Первое определенное свидетельство об абхазских мусульманах относится к 40-м гг. XVII в. Побывавший здесь турецкий географ и историк Эвлия Челебий в своей "Книге путешествий" сообщает, что у абхазов есть мечеть и среди них много мусульман. Если кого-либо из абхазов "обозвать христианином, - отмечал затем Челебий, - то они убьют человека. Ежели назвать мусульманином - обрадуются. Они не признают Корана и не имеют никакого вероисповедания. Вместе с тем не любят христиан, а за мусульманина душу отдадут". Однако фактический материал противоречит этим утверждениям . Тот же Челебий отмечал, что в 1641 г. абхазы еще платили султану "харадж", которым облагались немусульмане. Межфеодальные распри середины XVII в., удаление католикоса из Пицунды и изгнание христианских священников из многих мест Абхазии расширили возможности мусульманских проповедников. Тем не менее ислам не получил широкого распространения, хотя и привел к значительному ослаблению позиций христианской церкви в Абхазии.

    Во второй половине XVII-XVIII в. политическая децентрализация в крае, ослабление межрегиональных и межобщинных связей, возврат к натуральному товарообмену и, как следствие, ограниченный интерес к региону со стороны администрации Османской империи ограничивали возможность укрепления влияния ислама. Вплоть до последней четверти XVIII в. духовная жизнь в Абхазии представляла собой достаточно причудливый конгломерат элементов христианства, расширяющегося влияния ислама при выдвижении на передний план разнообразных языческих культов.

    Во многих районах Абхазии, в том числе высокогорных, где находились языческие святилища, найдены грубо обработанные железные кресты. У них три коротких конца имеют округлые расширения, а четвертый, нижний конец представляет собой острие, предназначенное для насадки на древко. Такие кресты ставили обычно в священных рощах, заменявших храмы. Такое смешение языческих и христианских верований было характерно для абхазов позднего средневековья. Саксонский врач и путешественник второй половины XVIII в. Я.Рейнеггс сообщал, что "в первых числах мая месяца абхазы собирались в густом и мрачном священном лесу, деревья которого считались неприкосновенными из боязни оскорбить высшее существо. В этой роще, около большого железного креста жили пустынники, собиравшие с народа значительные пожертвования за молитвы свои о здравии и преуспевании дел и предприятий приносителей. Все приходившие в рощу приносили с собой деревянные кресты, которые потом ставились повсюду, где была зелень, и знакомые, встречаясь в лесу, обменивались этими крестами" .

    Ко времени присоединения к России в 1810 г. у абхазского народа сохранялось уважение к христианским храмам и соблюдались некоторые обычаи, предписанные христианской религией. Гюльденштедт отмечал, что в его время (в 70-е гг. XVIII в.) все абхазы соблюдали великий пост и праздновали воскресные дни. О сохранении у абхазов христианских обычаев свидетельствуют многочисленные авторы первой половины XIX в.

    После присоединения Абхазии к России царское правительство принимает меры к восстановлению здесь позиций христианства. Делалось это различными способами, в том числе с помощью предоставления льгот. Наряду с этим Русской православной церковью велась просветительская работа. Особенно важная роль в ней принадлежала Обществу восстановления православного христианства на Кавказе.

    Таким образом, на протяжении веков в сознании абхазского народа переплелись, уживаясь, язычество, раннее и православное христианство, суннитское мусульманство. Сохранялись и передавались из поколения в поколение те религиозные идеи и культы, которые служили жизненным интересам людей, способствовали их хозяйственно-экономическому и культурному развитию.

    В миропонимании абхазского народа, в его сознании и культовой практике религиозное всегда занимало положение, подчиненное по отношению к идее "апсура" (абхазства), т.е. главным было сохранение абхазов с их высокой нравственно-этической традиционной культурой, защита и преумножение чести и славы абхазского народа и его родины Апсны - Абхазии.

    (В тексте использованы материалы статьи А.Я.Багателия "К истории религиозной жизни абхазского народа") __apsny.ru


Rambler's Top100
Сайт создан в системе uCoz